Rock on!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Rock on! » Игра вне игры » И какая только дрянь не привидится!


И какая только дрянь не привидится!

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

Персонажи: Джимми Пейдж, Ричи Самбора.
Место: непонятно где, непонятно когда.
Краткое описание: не ширяйтесь тем, в качестве которого у вас есть сомнения. То есть, что я сказал? Вообще не делайте этого! Мы за здоровый образ жизни!
Предупреждение: о-о-очень медленная игра. Ну о-о-очень. И, к тому же, ребята, поберегите мозг, этот топик радиактивно опасен!
Предупреждение второе: временные петли, глюки, мистика, идиотизм, опять глюки - все, как любит мистер Пейдж, в чем он никогда Вам не признается.
Предупреждение третье: если ВДРУГ кто-то захочет присоединиться, то пишите кому-нибудь из нас в лс, мы не будем против. Думаю. Надеюсь. Кажется!

Отредактировано Richie Sambora (2012-03-14 15:51:44)

0

2

Худшим было то, что все отдавалось в пальцах сильной, стреляющей болью. От них – от самых кончиков, от загрубевших от струн подушечек – боль растекалась по руке, по ладони, к запястью, где и достигала своего апогея. Казалось, что запястье вообще кто-то безжалостно выкручивает и сжимает до хрустящих косточек.
Джим все двадцать с лишним лет своей жизни почему-то был уверен, что любая дрянь – пусть и самая порядочная дрянь – не должна давать такого убойного эффекта. Ну, то есть не должна проедать кости и мышцы (а по ощущениям сейчас происходило именно это).
Откинувшись на спинку кресла, Джимми попытался расслабиться. Это довольно сложно, особенно, когда тебе кажется, что две твои конечности сейчас отвалятся. Никаких переносных смыслов и сравнений: просто действительно сейчас возьмут и отвалятся с ужасающим, причмокивающим звуком. Даже подумать отвратительно.
Пейдж откидывает голову назад, упираясь затылком в мягкую спинку кресла. Потолок над ним – перед его глазами – напоминает наждачное, китовое брюхо. Джиму кажется, что он слышит ритмичные вздохи, и пытается вздохнуть сам. Но воздух в легкие не идет. Кажется, нет его здесь больше, воздуха, закончился. Его явно весь выдышал этот чертов кит с белым, наждачным брюхом и изящной люстрой где-то по центру. Джима раздражает люстра, потому что самый последний идиот знает, что люстры и киты – две совершенно несовместные вещи.
В объятиях кресла - душно:  оно старается обхватить худощавое тело покрепче, топит в своей бархатной трясине, не давая вырваться. Джим думает, что мир сейчас напоминает океан. Он, Джеймс, обессиленно барахтается на тканевом дне, без возможности пошевелить пальцами. А если запрокинуть голову, то сквозь водную толщу можно разглядеть солнце. Точнее, можно было бы, если бы не чертов кит.
Джимми злится, и в его дверь стучат. Не понятно, почему: то ли кит выдышал воздух и из номера ниже, то ли просто здесь не положено испытывать отрицательные эмоции. А как иначе-то?
- Джимми, эй, Джим, открой, я знаю, что ты там! – голос теплый, золотистый, напоминает немного те большие, дурацкие варежки из белого пуха, которые недавно кто-то подарил гитаристу. Он переливается и вибрирует в сумеречных лучах, и Пейдж невольно тянется к нему, с трудом всплывая со дна, становясь ближе к брюху. От этого кружится голова, и во рту появляется неприятный привкус, похожий на послевкусие от купленного вчера в аптеке гематогена. Джим удивленно распахивает глаза, а о его щеку уже трется эта голосовая, пухастая варежка. И на этом его выключает.

Джим стоит ровно в центре залитого золотом квадрата и неспешно, основательно жмурится от попадающих в глаза бликов. Во всем теле – легкость. «Пудинг. Я чувствую себя так, как чувствует себя пудинг в моем холодильнике».
Пейдж осторожно переминается с ноги на ногу, стряхивая с черных брюк солнечные капли, тихо вздыхает.
- Ты не потерял, надеюсь, ни одного пальца по дороге? – этот голос немного напоминает рокочущие море. Он веселый, внимательный и готовый с минуты на минуту рассмеяться.
- Кажется, нет, - Джеймс говорит несколько неуверенно, он ведь еще не проверял.

0

3

- Эй-эй, автор, нам нужен пост! Пост, автор, пост!
- Я пишу,
- скромно отозвался автор, пытаясь прикрыть своим тщедушным телом сразу и чашку чая, и булочку, и монитор с запущенным третьим Масс Эффектом, и гору какого-то бесполезного стаффа на столе.
- Эй-эй, автор, Джим сказал, что проклянет тебя особым проклятьем Тысячи И Одного поста!
- О нет! - отозвался автор и, спустя месяцы, годы и столетия, открыл ворд.

Он развалился на стуле. «Развалился» скорее не в том смысле, который означает «вальяжно уселся», а в том, который подразумевает упавшую на пол зажигалку, проскользнувший между пальцев медиатор, ударившийся о темное дерево, медленно упорхнувшую ковбойскую шляпу, пару спланировавших вниз чеков неизвестного назначения и оторвавшуюся от пиджака пуговицу.
- Черт возьми! – радостно отозвался Самбора, подергав за торчащие из опустевшей петли нитки. Наверное, в оторванной пуговице он был виноват сам. Он и его дурацкая привычка их отвинчивать – медитативное весьма занятие!
Ричи ощущал окружающий мир так, словно он был плоский и небрежно валялся на трех слонах и черепахе. Или слон был один? «Кто придумал такую чушь про слонов? Я уверен, если там и есть какие-то животные, то они пребывают в явном хаосе и неупорядоченности, послушные сумасшествию этой вселенной и энтропии… Энтропии… Что такое «энтропия»?» - философски рассудив, Самбора попытался найти в своих карманах что-то напоминающее сигареты.
В мире Ричи не было никаких китов – исключительно слоны и черепахи. И реальность воспринималась, как огромное место, наполненное яркими красками, бьющими по глазам и приятными запахами. Стул пах старым деревом, оторванная пуговица - шампанским, которым Самбору щедро облили на выходе, помятые чеки - типографской краской, а пространство за спиной - дорогим, сладким одеколоном (к сожалению, мужским), сигаретами и почему-то свежими булочками из кондитерской напротив гостиницы, в которой Бон Джови останавливались два года назад.
«Минуточку, минуточку, а что было два года назад? Эй-эй, автор, окстись! Что было два года назад? Что за хитроумные планы на меня?! Эй!»
Пространство беззвучно пошевелилось, простужено шмыгнуло носом и повертело головой. Ричи почему-то показалось, что у пространства, должно быть, были вполне определенные проблемы с руками. У пространств ведь есть какие-нибудь руки, правда?
«Ах, женские — тонкие, изящные, ласковые, нежные, с длинными пальчиками и наманикюренными ноготочками. Я предпочитаю красный цвет. Обычно девушки с красными ногтями... Что значит «поговорим об этом в другом посте»?! Эй!»
- Ты не потерял, надеюсь, ни одного пальца по дороге? - вежливо спросил Самбора у стены перед собой. Ему просто показалось, что сейчас сидеть спиной намного более правильно, чем поворачиваться и наблюдать, как пространство будет поспешно прятать руки в карманы, чтобы скрыть отсутствие мизинца. «Или безымянного. Но хуже всего, конечно, это потеря среднего. Хуже всего! Хотя, если женские, то...»

- Ну-у-у, слушай, почему я не могу рассуждать на тему женских пальцев, женского маникюра и действий, совершаемых этими самыми женскими пальцами в своих постах? Тут же разрешен высокий рейтинг! - Ричи возмущенно замахал руками перед носом успокоенно допивающего остывший чай автора.
- Потому что в твоей анкете нет слова «озабоченный», понимаешь? Ты не должен быть озабоченным, ты должен быть дружелюбным! Это... это разное, правда.
- Правда?
- Прости, Джим, я не хотел.

Отредактировано Richie Sambora (2012-04-03 21:54:19)

0

4

Джим украдкой посмотрел сначала на левую руку. Потом – так же осторожно – на правую. Едва-едва пошевелил кончиками пальцев, потом пошевелил ими же, но уже увереннее, и облегченно вздохнул: все было более чем в порядке.
Он улыбается, едва заметно, самыми уголками губ, улыбкой, похожей на движение китовых плавников  - почти несуществующей. Он говорит: «Спасибо большое за заботу, у меня все в порядке с руками». Не говорит, почти поет своим тихим, нетрезвым голосом.
У Пейджа никогда не бывает трезвого голоса: это просто не в его природе говорить так, как говорят нормальные люди, у которых есть аккуратный домик, пара очаровательных детишек и только та музыка, которую они слышат из радиоприемников.
- А где мы? - Джеймс подходит ближе, складывая руки за спиной. Черный вельвет брюк проезжается по лакированной ножке стула, прорезая тишину беззвучным шуршанием ткани. Все чуть-чуть расплывчато и излишне светло: в обычной жизни не бывает таких цветовых контрастов, не бывает таких насыщенных оттенков. Все меняется слишком быстро, и вот уже золотое молоко света не кажется единственным ярким пятном в комнате: Пейдж запрокидывает голову и медленно выдыхает, смотря, как углекислый газ, сорвавшись с бледных губ, сворачивается морскими коньками с прозрачными, голубоватыми крылышками, и поднимается к черному потолку.
Черный – это как море, но лучше моря. Черный – это недосказанность, когда как море – это всегда жирная, понятная всем, мокрая точка. Ты знаешь, какое море на вкус, какое на запах, можешь вычислить его плотность и прикинуть, сколько времени тебе понадобится, чтобы утонуть. Черный же цвет не дает никаких гарантий, а что может быть хуже гарантий.
Гитарист мягко улыбается, и в его улыбке – понятное дело – никогда не бывает гарантий. Глупо было бы в такой ситуации менять Джима на море, правда? В Джиме, хотя бы, нельзя утонуть, это определенно дает ему выигрывать у множества других вещей, таких как реки, любовь и тарелка с супом. Хотя насчет супа, в принципе, можно и поспорить. Его хотя бы можно есть.
Вдыхаемый кислород оседает в легких грязным илом, в нем иногда попадаются крупицы золота и осколки битого стекла бутылки из-под лимонада – Пейдж тихо кашляет в кулак и теребит пальцами воротник рубашки. Стекло – это еще ничего, но вот золото дерет грудь изнутри просто нещадно, и в голове бьется мысль, которую все никак не получается оформить. Она то комкается в теннисный мячик, то растекается акварелью по фотографии. Джеймс только и может поймать, что почему-то его подсознание волнуется, что что-то он, наверное, сделал не так. Сделал что-то, что делать было не надо. Будто тело боится само за себя, боится чисто на животных рефлексах, пока сознание впало в своеобразный транс. Но ведь все же нормально, да?

0


Вы здесь » Rock on! » Игра вне игры » И какая только дрянь не привидится!


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC